– Божественно… – улыбнулась Виктория. – Я уже забыла, что такое настоящая пища.
– Ты сегодня подкрепилась на славу, малышка. Не боишься, что новое платье лопнет по швам?
– Ничуть. – Девушка рассмеялась. – Спасибо за восхитительный день, Бодайн. – Она с благодарностью пожала мужскую руку.
– Дорогая, ты уже благодарила меня. Не хочешь прогуляться?
Виктория просияла. Было бы чудесно неторопливо пройтись по улицам – то есть просто погулять, никуда не спеша.
– Очень хочу, Бодайн. – Девушка закивала.
Улицы города и вечером были довольно оживленными. Повсюду фланировали нарядно одетые люди, а газовые фонари излучали ласковый свет, разгонявший тьму.
Однако погулять им не удалось. Не успели они отойти от ресторана, как навстречу им, отделившись от толпы, двинулись двое мужчин в форме армии северян. При их приближении Виктория невольно замедлила шаг. Бодайн крепко сжал руку девушки, чтобы придать ей уверенности. Один из северян посторонился, пропуская Викторию, другой же остановился прямо перед ней. Глядя в глаза девушке, он улыбнулся, она же ответила ему ледяным взглядом. Виктория понимала, что незнакомец не собирается уступать ей дорогу, но она не хотела отходить.
– Похоже, вы не очень-то вежливы, мисс, – заявил мужчина.
– А мне кажется, что это вы мешаете нам пройти, – возразила Виктория.
– Эти южные красотки ужасно высокомерны, – проговорил северянин. – Вы что же, думаете, что мы грязь под вашими ногами?
– Позволю себе заметить, сэр, что я вообще о вас не думаю, – парировала Виктория.
– Эй, Карл, – вмешался второй солдат, – оставь их в покое.
– Ни за что. Ведь мы – победители! И я имею право стоять где хочу. Пусть они нас обходят. – Тут солдат впервые поднял взгляд на Бодайна и невольно поежился – он словно заглянул в лицо смерти. Задира все понял без слов и сделал шаг в сторону, туда, где его ждал приятель.
Виктория со спутником беспрепятственно прошли, но настроение было испорчено, и Бодайн решил вернуться в гостиницу. Он отвел девушку в ее номер и уже собрался уходить, когда она остановила его вопросом:
– Я все ломаю голову, Бодайн, можем ли мы себе позволить такую шикарную гостиницу? Здесь, наверное, ужасно дорого.
Великан улыбнулся:
– Не стоит беспокоиться об этом, малышка.
– Как же мне не беспокоиться? – удивилась Виктория.
– Что ж, наверное, я должен все тебе объяснить, – проговорил Бодайн, усаживаясь на стул. – Просто я до этого не знал, что ты думаешь о таких вещах!
– Как ни странно, но раньше я действительно об этом не задумывалась, – пробормотала Виктория.
– В прошлом у тебя не было причин задумываться, – заметил Бодайн. – Но теперь… Полагаю, ты должна быть в курсе.
Девушка молча кивнула, и Бодайн продолжил:
– Когда твой отец в последний раз приезжал на побывку из армии, он решил, что будет безопаснее где-нибудь спрятать золото в слитках. Ночью, когда все спали, мы с ним тайком выбрались из дома и закопали золото в лесу. Он хотел, чтобы ты в будущем ни в чем не нуждалась.
– Как это похоже на папу, – прошептала Виктория.
– По этой же причине он не стал менять все золото на банкноты Конфедерации, – продолжал Бодайн. – Твой отец не желал рисковать.
– Сколько же у нас денег? – спросила девушка.
– Не так уж много. Но и этих денег тебе будет достаточно, чтобы восстановить отцовскую плантацию.
– О, Бодайн, какие хорошие новости! – Виктория просияла, но тут же вспомнила о том, что ей, возможно, уже никогда не удастся вернуться в Джорджию.
Бодайн догадался, о чем думает его воспитанница, и, погладив ее по руке, проговорил:
– Не падай духом, малышка, когда-нибудь ты вернешься домой.
Виктория посмотрела ему в глаза и поняла, что и он не обольщался надеждами.
– В любом случае я должен тебе сказать, где мы спрятали золотые слитки. Ты должна их найти, если со мной что-нибудь произойдет. Так вот, помнишь высокую иву, на которую ты залезла, когда тебе было лет десять?
– Конечно, – кивнула Виктория. – Помню так, как будто это случилось только вчера. Я убежала после того, как Бесс меня за что-то отругала. Не помню уже, за что именно, но помню, что была очень расстроена. Вероятно, я думала, что накажу Бесс таким образом. Я вскарабкалась высоко на дерево, а потом обнаружила, что не могу спуститься.
– Верно, – кивнул Бодайн. – Когда ты вовремя не вернулась, Бесс подняла на ноги всю плантацию, и мы отправились тебя искать.
– Помню, я начала плакать, когда стемнело. Мне было очень страшно. Потом я увидела огоньки и услышала, как люди меня звали.
– И мне пришлось лезть на дерево, чтобы снять тебя, – улыбнулся великан.
Виктория тоже улыбнулась:
– Ты всегда приходишь на помощь, когда я попадаю в беду.
– Так вот, золото зарыто под этим деревом, – объявил Бодайн вставая. – Что ж, спокойной ночи, малышка. – Он шагнул к двери и вышел из комнаты.
На следующий день Виктория слегла с лихорадкой, и путешественникам пришлось задержаться в Шривпорте еще на две недели. Девушка уже поправлялась, когда Бодайн сообщил ей, что главнокомандующий южан генерал Ли сдался генералу Гранту в небольшом городке в Виргинии.
Теперь уже было ясно, что война закончилась. Закончилась поражением южан. Виктория плакала так горько, что Бодайн опасался, как бы она вновь не заболела. Но девушка, к счастью, выздоравливала и вскоре снова облачилась в рубаху и штаны Пола О’Брайена – она была готова продолжить путешествие.
В первый день мая путники пересекли границу Техаса, и техасская земля, сухая и выжженная солнцем, поначалу очень разочаровала Викторию. Здесь не было яркой и сочной зелени, не было и тех красот, о которых с таким восторгом рассказывал Бодайн. Виктория тосковала по Джорджии и не уставала задаваться вопросом: сумеет ли она обрести дом в этом чужом и неприветливом краю?
Перед путниками простирались бесконечные дали, сливавшиеся на горизонте с бескрайним небом. «Что ждет меня за горизонтом?» – думала Виктория. Она старалась представить, как выглядит бабушка, но ей это не удавалось. Виктория очень надеялась, что Пол при первой же возможности приедет к ней в Техас. Но смогут ли они вместе вернуться в Джорджию? На этот вопрос не было ответа.
Бодайн с улыбкой поглядывал на свою спутницу. Наконец проговорил:
– Не волнуйся, малышка, все будет хорошо.
Глава 4
После нескольких дней утомительного пути – на ночь путешественники разбивали лагерь – Виктории уже начало казаться, что они никогда не доберутся до бабушкиного ранчо и всю оставшуюся жизнь проведут в дороге. Но однажды утром, когда они седлали лошадей, Бодайн сообщил, что к вечеру рассчитывает добраться до места.
